Людовик XIV, король Франции, ненавидел ананасы. Причина в том, что он их неправильно ел. Такое бывает. Монарх, впервые заполучив необычный (для того времени очень даже необычный) фрукт в свои правящие руки, принялся есть его прямо с кожурой и листьями. Ну, и, конечно же, порезал себе губы. Понятно, что от ананаса в итоге он был не в восторге. Мало того, Людовик так рассердился, что запретил ввоз ананасов в страну. Суровый.
А нужно было французскому королю пить Пина Коладу! Тогда бы он не то, чтобы не запрещал, а даже бы приказал увеличить поставки ананасов в страну.
Сразу оговоримся, по-испански название этого коктейля звучит как «пинья колада» и переводится как «процеженный/фильтрованный ананас», поэтому если встретите такой вариант — не удивляйтесь. Он, по сути, тоже правильный. Мы же будем здесь и далее называть его боле привычным для всех именем.
Кстати, о Людовике XIV. Посоветовали мы ему пить Пина Коладу, но это, скорее, парадокс, так как рецепт этого котейля появился только в середине XX века в Пуэрто-Рико. Тогда к ананасовому соку стали добавлять ром и кокосовые сливки. В честь Пина Колады установлена памятная плита (такое вот почитание и обожание этого коктейля). На ней значится имя создателя Пина Колады: Рамона Портас Мингота.
Есть мнение, что Пина Коладу придумал его тезка — Рамон Маррера, который тогда работал барменом в Бичкамбер Баре в столице Пуэрто-Рико. Хотя, наверное, любителям Пина Колады не так важно, какой из Рамонов придумал этот коктейль: то, что он есть — это уже замечательно.
Ходят слухи, что карибские пираты попивали напиток, похожий на Пина Коладу еще в 1800 году. Но со смертью Роберто Кофреси, капитана, рецепт этого напитка был утерян. Так что, возможно, что споры о создателе коктейля бессмысленны, потому что все новое, как известно, — это хорошо забытое старое.
Пина Колада становится известной всему миру после того, как в журнале «Трэвел» один путешественник описывает наивкуснейший коктейль, который ему довелось пробовать во время летнего отдыха.
Сейчас Пина Колада — предмет гордости для пуэрториканцев, несмотря на то, что попробовать ее можно в любом баре мира.